Решение российского правительства присоединиться к Конвенции о правах инвалидов,
принятой Генассамблеей ООН в 2006 году, возможно, подтолкнёт государство
к реальному и конкретному решению проблем самой обездоленной и незащищённой категории
нашего общества.

Многие положения российского законодательства почти дословно совпадают с её статьями,
однако зачастую остаются не более чем декларацией о благих намерениях.
Теперь, как заявил в начале июля премьер Путин, если Россия подпишет этот документ,
ей придётся его исполнять. А 18 июля правительство внесло президенту
предложение присоединиться к Конвенции.

Конвенция напрямую затрагивает судьбы 14,5 млн россиян - именно столько человек
имеют в нашей стране различные степени инвалидности. Можно сказать, каждый
десятый. И ежегодно эта армия пополняется почти на миллион. Столь стремительный
её рост эксперты объясняют как расширением критериев определения инвалидности,
принятых в последнее время в России, так и ухудшением здоровья россиян в целом.
Если в 1992 году у нас насчитывалось 4,7 млн людей с ограниченными возможностями,
то в 2010-м, по некоторым оценкам, их будет уже, как минимум, 16,5 млн.

Теоретически они обладают теми же правами, что и здоровая часть населения. Более
того, в законе, который был принят ещё в 1995 году и считался одним и самых
передовых в современной Европе, впервые целью государственной политики объявлялась
не помощь инвалиду, не благотворительность, а обеспечение ему <равных
с другими гражданами возможностей в реализации гражданских, экономических, политических
и других прав и свобод>. Эта концептуальная позиция, между прочим,
позже нашла отражение и в Конвенции.

Но так в идеале, а как в реальной жизни?

Скажем, Конвенция подтверждает право инвалида зарабатывать себе на жизнь трудом.
Но в сегодняшней России запрещено принимать на работу людей с третьей степенью
трудоспособности, да и остальным крайне тяжело найти достойное применение своим
рукам и знаниям. Поэтому, если в западноевропейских странах сейчас трудятся
до 45% инвалидов, то у нас - только 10%.

Или возьмём другую статью Конвенции, касающуюся медицинского обслуживания. Подписавшие
его государства обязуются обеспечить инвалидам тот же уровень бесплатных
или недорогих услуг в сфере здравоохранения, что и другим лицам. Однако в России
многим из них они практически недоступны. А нынешняя ситуация с лекарствами
в открытом письме Всероссийского общества инвалидов (ВОИ) президенту оценивается
не иначе как критическая. Апробированные средства заменяются дешёвыми,
в результате чего люди лишаются нужной помощи и погибают. А задержки с выдачей
инсулина вообще названы <проявлением геноцида>. Ну а <благодарить> за это
надо экс-главу Минздравсоцразвития Михаила Зурабова, по инициативе которого был
принят печально известный закон о монетизации льгот.

Кстати, тот же чиновник издал приказ, в соответствии с которым инвалиды второй
группы отныне могут учиться лишь в тех вузах, где для них созданы специальные
условия. Но так как таковые почти повсеместно отсутствуют, то таким образом были
закрыты двери в высшее образование перед тысячами молодых людей. Между
тем, как показывают исследования, получить его хотел бы каждый пятый. Что же
касается среднего образования, то и здесь ситуация удручающая: из 460 тыс.
инвалидов школьного возраста свыше 200 тыс. вообще нигде не учатся. Вопреки содержащемуся
в Конвенции требованию не исключать таких детей из системы общего
образования, многие российские школы отказываются принимать их на учёбу.

Ещё хуже положение с подробно прописанными в этом документе обязательствами по
созданию так называемой безбарьерной среды. Речь, собственно, идёт о том,
чтобы сделать доступными для инвалида все блага современной жизни. Однако делается
это, по сути, только в Москве, да ещё в нескольких крупных городах.
На большей части территории России нет ни специально оборудованного общественного
транспорта, ни пандусов у жилых домов и общественных учреждений, ни звуковых
светофоров, ни доступа к Интернету, а зачастую и просто телефонной связи.

Как говорил на пресс-конференции в РИА Новости, посвящённой Международному дню
инвалидов, первый зампред ВОИ Александр Клепиков, проблема не только в том,
что у федеральных и муниципальных властей не хватает средств, чтобы сделать жизнь
немощных людей более или менее сносной. Деньги, хотя и не бешеные, всё-таки
выделяются. Однако тратятся нередко без ума, без обсуждения с организациями инвалидов
и специалистами. В частности, Клепиков рассказал, что в ходе тендеров
по госзакупкам протезов и колясок часто приобретаются негодные изделия. Да и
ими, кстати, в прошлом году обеспечили далеко не всех нуждающихся...

<Люди с ограниченными возможностями в буквальном смысле почти незаметны в России,
- писала недавно американская Washington Post. - Они изолированы от общества
в своих домах, специальных школах или в мастерских для инвалидов>. Что и говорить,
инвалиды как были, так и остаются в России <людьми второго сорта>. Как
свидетельствуют данные опроса, проведённого Исследовательским центром портала
SuperJob, почти 79% россиян считают, что права инвалидов ущемляются. Основополагающие
конституционные права - на труд, на образование, на здравоохранение, да, по большому
счёту, и на самую жизнь.

Изменится ли что-то в лучшую сторону после присоединения к Конвенции о правах
инвалидов или, как и в случае с законом 1995 года, всё останется лишь на бумаге?
Ведь, честно говоря, немало таких международных обязательств было подписано Россией
за последние годы, да вот выполняются ли они сейчас в полном объёме?

Максим Кранс, политический обозреватель
РИА Новости.
http://invak.info/content/view/6525/1/